Наслаждайтесь чтением!
Почтальон
янув на них,
пожалуй, можно было понять, о чем они думают. Джуди думала:
"Никки мужчина, он и должен идти, потому что это мужская
обязанность - все делать для женщин, кроме стряпни". А Никки
думал: "Как бы там ни было, а это ее собака".
- Вот сам пожалеешь, если она убьется.
- Как же, жди.
- Никки!
- Да и с чего это она убьется-то.
- С того, что там опасное место.
- Ну так пойди сама и найди ее.
- Это ты должен пойти.
- Почему это я должен?
- Потому.
Вообще говоря, ответить на этот вопрос было нечего, ибо всем
было известно, что Шутька - собака Джуди.
На некоторое время наступило обиженное молчание, нарушаемое
лишь визгливыми, как у механической пилы, криками олушей да
стуком молотка. В отдалении одна из олуш, патрулировавших
прибрежные воды, засекла подводную рыбу, на миг повисла,
застопорив крылья, и пала вниз, словно лот, словно молния,
словно глубоководная бомба. Она вошла в море отвесно, и вода
чмокнула, почти неохотно выбросив в искрящийся воздух белый
фонтанчик. Можно было медленно сосчитать до четырех, пока над
поверхностью не показалась темная голова и не встряхнулась,
сглатывая рыбу. Вся остальная эскадрилья, получив сигнал, - ибо
явно пришел косяк, - уже слетелась туда же и принялась
пикировать, чмок, чмок, чмок. Замечательные ныряльщики!
Джуди с жалобным видом встала ("женских дел не переделаешь")
и принялась нащупывать путь среди острых выступов обрыва.
Вскоре она обогнула его изгиб и скрылась из глаз.
- Никки!
Тонкий голос еле слышался за птичьими криками.
- Что?
- Иди сюда.
- Зачем?
- Да иди же, пожалуйста.
- Ну ладно, ладно.
Он машинально прибегнул к ворчливому тону, но вскочил с
охотой, потому что, сказать по правде, ему с самого начала
хотелось пойти посмотреть, в чем там дело. Только он об этом не
знал.
- Что такое?
- Иди, взгляни.
Прямо под выступом или полкой на отвесной круче, Джуди с
Шутькой, не очень надежно утвердившись на другой естественной
полке, а то и тропе, разглядывали нечто, помещавшееся прямо под
их носами. Носы почти соединялись, словно у пары сеттеров,
причем Шутька, державшая голову несколько набок, задрала одно
ухо.
Никки подобрался к ним по гранитной круче, выпуклостью скалы
отделив себя от отца. Стук молотка замер. Даже птичьи крики,
казалось, затихли. Теперь детей и с яхты не было ни видно, ни
слышно.
- Ну, что тут у вас такое?
- Да замолчи же ты, Шутька. Не тявкай.
Выступ был достаточно широк, чтобы на нем стоять, поэтому
Джуди взяла вырывающуюся собаку на руки и пальцами сжала ей
челюсти. Шутька была вне себя.
- Тут что-то странное.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.