Наслаждайтесь чтением!
Счастье
олько не подумайте, что я свихнулась окончательно. Я совершенно нормальная. И мне кажется, что моя бабушка не умерла от несчастного случая. Мне кажется, что ее.., убили.
Это было так неожиданно, что Кирилл забыл прикурить свою сигарету. Он ничего не говорил ей про пробки и про свои сомнения, тогда в чем дело?
- С чего вы взяли?
- Я нашла фен, - выпалила она и посмотрела по сторонам, - тот самый, который бабушка уронила в воду. Из-за которого она умерла. Мама с Мусей почему-то его не выбросили. Он лежал в шкафчике в ванной. В пакете.
- Ну и что?
- Кирилл Андреевич, это совсем не тот фен. У бабушки был другой.
- Какой другой?
- Я подарила ей фен на день рождения два года назад. Фирмы “Браун”. Маленький белый фен. У нее не было другого. Она вообще никаких фенов долго не признавала, считала, что они портят волосы. Так вот. В пакете серый фен. Довольно большой. На нем написано что-то вроде “профешионал”, я особенно не рассматривала. Я сразу поняла, что это не тот фен.
- Почему вы уверены, что ваша бабушка именно его уронила в ванну?
- Маме его отдали, как только бабушку.., увезли. Я сто раз у нее спросила. Я ничего ей, конечно, не говорила, но она сказала, что его вытащили из ванны. Понимаете?
По горлу у нее прошло движение, и она сильно затянулась сигаретой.
- Никто из нас не жил вместе с ней. Это просто случайность, что я точно знала, какой именно у нее фен. Потому что это я подарила. - Она снова сильно затянулась и неожиданно спросила шепотом:
- Что мне теперь делать, Кирилл Андреевич?
Она спрашивала его так, как будто он был Шерлоком Холмсом, а она перепуганной мисс Мэри или мисс Сарой, обратившейся к нему за советом. Что там он должен сказать по сценарию? Ватсон, это дело как раз на одну трубку?
- Я не знаю, что вам делать, - сказал Кирилл Костромин, - прежде всего, это нужно проверить.
- Ничего не нужно проверять. Это не ее фен. Ее фена в доме нет, я все обыскала.
- Вы кому-нибудь рассказали об этом?
- Нет. Никому.
- Даже вашему Кире?
- Кира тут совсем ни при чем, - сказала Настя с досадой, - я никому не могу про это рассказать, кроме вас.
- Почему кроме меня?
- Потому что вы были тогда со мной в доме и.., сочувствовали мне.
- Я не специалист по расследованию убийств.
- Я не прошу вас ничего расследовать. Вы только посоветуйте мне, что делать. Что я теперь должна делать?
- Не знаю.
Она замолчала. Пальцы, стискивавшие зажигалку, разжались, и Кирилл увидел, что рука у нее дрожит. Зажигалка пластмассово щелкнула, взметнулось невысокое пламя, осветило снежную скатерть и тонкие пальцы.
- Из милиции меня пошлют куда подальше, - сказала она и снова щелкнула зажигалкой.
- Пошлют, - согласился Кирилл.
Он все никак не мог осо
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.