Наслаждайтесь чтением!
Учитель чистописания
чокнутая?
- Ну, она всех нас воспитывала в духе марксизма-ленинизма, всегда делала всем внушения, даже бабушке, хотя бабушка никакого марксизма отродясь не признавала. Мы, по ее мнению, должны были много трудиться на благо, во имя и так далее, а Влад с Сонькой у нее только в заграничных шмотках ходили и у папаши из буфета джин воровали, и мы его потом все вместе так шикарно пили из рюмок. Нам, идиотам, даже в голову не приходило, что его надо водой разбавлять или чем там? Тоником, что ли?
- Тоником, - подтвердил Кирилл.
- Влад был в десятом классе, когда его за фарцовку чуть под суд не отдали, насилу дядя Боря кого-то уговорил. Он все же был не первый секретарь обкома...
- А потом?
- А потом он ушел, из квартиры они съехали в какую-то коммуналку, дачи не стало, заказов не стало, ателье не стало, ничего не стало. Тетя Александра никогда в жизни не работала, а жить на что-то надо было. Она попыталась у бабушки просить, а та ей отказала. Я подробностей никаких не знаю, но вроде бы бабушка ей сказала, что она не инвалид и не многодетная мать, вполне может сама себя прокормить, а Соне с Владиком обещала помогать и на самом деле помогала. До самого последнего времени. Не зря она Соне ожерелье завещала. Она очень ей сочувствовала.
- Почему?
Сергей пожал плечами:
- Ну как - почему? Потому что Соньке, после того как дядя Боря исчез, хуже всего пришлось. Тетя Александра, конечно, ни на какую работу не пошла, а Сонька стала спасать семью - медицинский бросила, устроилась медсестрой в больницу на две ставки и еще уборщицей. Домой сутками не приходила. Ухаживала за самыми тяжелыми, за которых никто не брался, - за деньги, конечно. Ну и содержала и мать, и Владика отчасти. Бабушка ей какие-то вещи покупала, я ни разу не видел, чтобы она носила. То ли у нее все тетя Александра отбирает, то ли она сама не хочет, но работает она с утра до ночи, а потом сидит возле матери, даже глаз не поднимает. Как монашка. Ну, ты же сам утром видел!
- А Владик им совсем не помогает?
- Не знаю, - вдруг сказал Сергей с раздражением, - что-то ты все у меня выспрашиваешь? Может, ты все-таки аферист?
- Да не аферист я! - возразил Кирилл с умеренной досадой. - Просто я все время боюсь попасть впросак. Я же ничего не знаю про ваших родственников, а с Настей мне даже поговорить некогда. Вот где она сейчас? А?
- На кухне, скорее всего. С мамой и Мусей, - Муся была помянута необыкновенно нежным тоном.
- Вот именно. Не пойду же я к ним с вопросами! Твоя матушка тогда меня моментально вышлет на сто первый километр.
- Это уж точно, - согласился Сергей, - вышлет.
- А что это Владик рассказывал про то, что бабушка деда отравила?
- Да не знаю я! Он вообще все время врет. И потом, ему нравится “эпатировать публику”. Он так и говорит. Он сюда из города на велосипеде приехал. И не потому что спортсмен, а пот
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.