Наслаждайтесь чтением!
Учитель чистописания
упакованным в топик бюстом. - Ну просто кино.
- Ты завидуешь, Светка, - сказал Владик, - у ребят все хорошо, а ты комплексуешь. Как все стервы.
- Владик, прекрати, - велела Нина Павловна.
- Это некрасиво, - подтвердила тетя Александра. - Хотя я думаю, что Владик хотел сказать, что Света всегда одета так.., вызывающе. У молодых женщин сейчас начисто отсутствует достоинство. Одни совершенно открыто живут с любовниками, другие одеваются как кокотки.
- Лучше одеваться, как кокотка, чем как Соня, - сказала Света. - Влад, у тебя есть сигареты? Я вчера целую пачку высадила.
- Есть, солнышко. “Мальборо” подходит? Тетя Александра заволновалась:
- Света, я требую, чтобы ты разговаривала со мной уважительно! Нина, скажи своей дочери, чтобы она придержала язык! Соня всегда одевается скромно, и тебе, Света, надо бы быть поскромнее. Да еще сигареты! Ты что? Лодочник?! Соня, где моя чашка? Налей мне молока. Только разбавь водой, цельное молоко очень вредно. Света, не смей курить в моем присутствии! Меня стошнит.
- Может, принести тазик? - предложил Кирилл и, получив пинок в лодыжку, долго соображал, от кого - Настя была далеко. С ним рядом сидела Нина Павловна и - чуть в отдалении - Настин отец.
- Я сегодня готовлю обед, - объявила Настина мать торопливо, - продукты мы привезли, только хлеба нужно купить.
- Я могу сходить, - предложил Сергей, до этого пребывавший в загадочном молчании.
- Хорошо бы скамейку починить, - подхватила Настя, косясь на тетю Александру, которая хватала ртом воздух и щипала на груди халат, словно он ее душил, - ту, которую дед сделал. Она все перекосилась.
- Еще бы она не перекосилась! - фыркнула Света. - Сколько ей лет? Сто? Ее не чинить, а сжечь надо.
- Жечь ее я не стану, - твердо сказала Настя, - Кирилл, почините с отцом скамейку.
- Я хочу посмотреть свои картины, - объявил Владик и как ни в чем не бывало закурил прямо под носом у своей мамаши, которую тошнило от запаха табака. Мамаша не сказала ни слова. - Настюха, ты не знаешь, там есть хоть что-то стоящее?
- Не знаю, Влад. Все картины в гостиной и в кабинете. Можешь смотреть сколько хочешь.
- А забрать?
- И забрать, конечно, - сказала Настя с Некоторым недоумением, - это же твои картины.
Они все обращались к Насте, как будто именно она завещала им картины и машины. Они спрашивали у нее разрешения и даже когда не спрашивали, все время как бы оглядывались на нее. От того, что она была центром семьи, или от того, что она была ближе всех к бабушке?
- Надо же, как люди весело жили! - продолжал Владик. - Картины собирали, скамейки сколачивали, бриллианты покупали. А мы? С работы на работу, с работы на работу, и все.
- Весело, да, - согласился Дмитрий Павлович, - отца после войны посадили, а он, между прочим, генерал инженерных войск был. Сорока еще не исполнило
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.