Наслаждайтесь чтением!
Шабры. Рассказ
- Встал. С большим трудом.
Соня тускло улыбнулась пакету с молоком.
- Сами виноваты. Никто не заставлял вас напиваться.
- Мое моральное падение беспокоит всю семью, - пробормотал Кирилл. Соня в первый раз посмотрела на него.
- Не столько ваше падение, сколько Настя. Вы ведь ее.., за ней ухаживаете. И пьете. Это плохо. “Ухаживаете”. Так могла сказать только Соня. Кирилл быстро закрыл дверь в кухню. Соня посмотрела на него с удивлением.
- Соня, - сказал он решительно, - мне нужно, чтобы вы поехали со мной в Питер.
- Зачем? - На лице у нее было такое изумление, что Кирилл на мгновение усомнился в успехе своего плана. В конце концов он совсем ничего о ней не знал, но ему нужно было подтвердить подозрения. Подтвердить или опровергнуть.
- Эта история с вашим ожерельем...
- Нет никакой истории, - сказала она, и лицо у нее стало холодным и отчужденным. - Забудьте об ожерелье. Я не желаю, чтобы вы вмешивались.
Она налила молока в маленькую кастрюльку и поставила ее на плиту.
- Соня, я не собираюсь ни во что вмешиваться. Я только хочу, чтобы вы вместе со мной и с Настей поехали к ювелиру.
- Я не поеду.
Это было сказано так, что он понял - она не поедет. Силы воли ей было не занимать.
Кирилл хотел спросить - это вы убили вашу бабушку? Или тот человек, что прячется в соседнем доме?
- Если вы не поедете по своей воле, - сказал он холодно, - мне придется вас связать и отвезти силой. Вряд ли кто-то из ваших родственников сможет мне помешать.
Молоко поднялось, перевалило через край, залило огонь. Кирилл схватил кастрюльку, обжигая пальцы, и переставил ее в раковину.
- Видите, что вы наделали, - проговорила Соня. На глаза у нее навернулись слезы. Тяжелая капля капнула на плиту и зашипела, превращаясь в пар.
- Отойдите, - велел Кирилл и, взяв ее за руку, усадил на стул.
- Нужно вытереть плиту.
- Я вытру.
- Что я теперь подам маме? Молока больше нет.
- Налейте ей минеральной воды. Это тоже очень полезно.
- Она не пьет минеральную воду. Господи, почему я не могу ничего сделать нормально!
Кирилл посочувствовал бы ей, если бы был уверен, что она нуждается в сочувствии.
- Значит, так, - заявил он, решительно соскабливая с плиты коричневую присохшую пленку, - через час я жду вас в машине. Мы поедем в Питер. Вы знаете, где ювелирная контора?
- Знаю, но в Питер мы не поедем.
- Вот что, Соня. - Он бросил тряпку и присел перед ней на корточки. Она поспешно вытерла глаза. - Никакого звонка от ювелира не было. Если вы не хотите ничего проверять, значит, вы сами его и организовали. Это так?
Он смотрел ей в лицо, очень близко.
Он готовился к этой секунде, когда он скажет про звонок, и был уверен, что не проглядит никаких изменений в ее лице. О
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.