Наслаждайтесь чтением!
Дети капитана Гранта.
лись в штормовой тьме золотые
глаза...
И Повелительница сгребла дракона за жесткую гриву и так рванула его
вверх, что Скай протестующе рявкнул. Потрясенно смотрела Китиара на
единоутробного брата, которого вырастила с колыбели... Потом рядом с
близнецом появился и Карамон.
- Китиара?.. - прошептал он задушенным голосом, бледнея от ужаса при
виде всадницы на синем драконе, который парил над ними, оседлав шторм.
Голова в маске поворачивалась из стороны в сторону. Вот опять
посмотрела на Таниса... потом на Берема... Полуэльф затаил дыхание. Он
видел, что за буря неистовствовала в ее душе.
Вот он, Берем. Но, чтобы добраться до него, ей придется своими руками
убить меньшого братишку, которого она сама выучила обращаться с мечом.
Придется уничтожить его тщедушного близнеца, которого она когда-то
отстояла от смерти. Ей придется убить мужчину, которого она, пускай
давным-давно, но все же любила...
Однако потом ее взгляд снова стал ледяным, и Танис, отчаиваясь,
покачал головой. Ее не остановит ничто. Она убьет и близнецов, и
возлюбленного. "Если мы схватим Берема, - вновь вспомнились ему слова
Китиары, - весь Кринн падет к нашим ногам. А Темная Владычица осыплет нас
милостями, превосходящими всякое вероятие..."
...Китиара указала рукой на Берема и выпустила гриву дракона. Скай
издал кровожадный вопль и приготовился к броску вниз. Но судьба
распорядилась так, чтобы миг замешательства, дорого обошелся Китиаре.
Стоически не обращая внимания на кружившегося дракона. Берем направлял
корабль все дальше и дальше в глубь Кровавого Моря, к самому сердцу
Вечного Шторма. Ревел ветер, обрывая снасти. Волны перекатывались через
палубу. Дождь полосовал, словно ножом, а град смерзался на палубе,
постепенно одевая ее льдом. И Скай вдруг обнаружил, что против подобного
были бессильны даже его могучие крылья. Невероятный порыв ветра швырнул
его в сторону. Потом еще и еще. Крупные градины барабанили по голове и
угрожали прорвать перепонки крыльев. Лишь несгибаемая воля всадницы
удерживала испуганного дракона, готового рвануться из грозовой круговерти
в иные, менее опасные небеса.
Танис видел, как Китиара яростно указывала Скаю на Берема, как
отчаянно пытался дракон подлететь поближе и ухватить рулевого...
Потом на корабль обрушился очередной шквал. Огромная волна зависла
над бортом и с грохотом обрушилась вниз. Бурлящие потоки сбивали людей с
ног и волокли их по палубе. "Перешон" опасно накренился. Мореплаватели
хватались за ванты, за обрывки снастей, чтобы не оказаться за бортом.
Берем сражался со штурвалом, словно с живым существом, бешено
рвущимся из рук. Трещали, лопаясь,
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.