Наслаждайтесь чтением!
Дети капитана Гранта.
рава посвятить себя кому-то другому. А ты
достойна того, чтобы стать для мужчины самым главным. Тика. И потому-то я
хочу, чтобы ты осталась свободной. Ты еще встретишь мужчину, который
сможет посвятить себя только тебе..."
На что он мне нужен, этот другой, грустно подумала Тика. И ощутила,
что по щекам все-таки потекли слезы. Она поспешно обернулась, чтобы не
увидели Золотая Луна с Речным Ветром. Чего доброго - не так поймут, решат,
будто она разревелась со страху. На самом же деле она давно победила в
себе страх смерти. Единственное, чего она боялась - это умирать в
одиночку...
Куда все-таки запропастились Танис с Карамоном, подумала она,
торопливо утирая слезы ладонью. Течение все ближе подносило корабль к
черному зеву водоворота. Где Карамон?.. Пойду разыщу его, решила Тика.
Танис там или не Танис...
Но тут полуэльф появился из люка, то ли поддерживая, то ли на себе
таща Карамона. Один взгляд на белое лицо великана - и у Тики остановилось
сердце. Она хотела окликнуть любимого, но голос ей изменил: получился
невнятный, полный ужаса вопль.
Золотая Луна и Речной Ветер, смотревшие на водоворот, мгновенно
обернулись. Увидя Таниса, шатавшегося под тяжестью богатыря. Речной Ветер
бросился на подмогу. Карамон был похож на пьяного, остекленевшие глаза
казались незрячими. Варвар перехватил его как раз в тот момент, когда у
Таниса подломились колени.
- Со мной все в порядке, - поймав озабоченный взгляд Речного Ветра,
пропыхтел Танис. - Золотая Луна! Карамону нужна твоя помощь!
- Да что с ним такое, Танис?.. - В голосе Тики звучал неприкрытый
страх. - Что произошло? А где Рейстлин? Он... - И девушка осеклась. Ибо
взгляд полуэльфа был темен от увиденного и услышанного внизу.
- Рейстлин... ушел, - ответил он коротко.
- Ушел? Куда?.. - Тика растерянно оглядывалась, наполовину ожидая
увидеть тело мага всплывающим в мутно-багровой воде.
- Он солгал нам, - сказал Танис, помогая Речному Ветру укладывать
Карамона на бухту каната. Карамон не произносил ни слова. Казалось, он
вовсе не замечал ни их, ни того, что их окружало. Незрячие глаза были
устремлены в алую глубину... - Помнишь, - продолжал Танис, - как он
настаивал на том, чтобы отправиться в Палантас? Ему-де необходимо было
научиться пользоваться Оком. Ну так вот - он и безо всякого Палантаса куда
как насобачился с ним управляться. Оно-то и помогло ему смыться. Куда? В
Палантас, наверное. А впрочем, не все ли равно...
Посмотрев на Карамона, он горестно покачал головой, потом отвернулся
и отошел к борту.
Ласковые руки Золотой Луны осторожно коснулись лба Карамона. Жрица
называла его по имени - так тихо, что друзья почти не слышали ее голо
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.