Наслаждайтесь чтением!
Дети капитана Гранта.
ной, лицо его было мрачно.
Молчание сделалось невыносимым. Наконец Карамон гулко прокашлялся.
- Ну, не завтра, так на следующий день, - сказал он примирительно. -
Да не волнуйся ты так, Танис! Ни один драконид носу из дому не высунет,
пока оно не утихнет. Нам ничто не грозит...
- Я знаю... Простите меня... - пробормотал полуэльф. - Я очень
некрасиво рявкнул на тебя. Золотая Луна. Пойми, я... я совсем извелся за
эти несколько дней... Прямо в голову ничего не идет. Пойду-ка я к себе...
- Хозяин уже поселил кого-то в твою комнату, - сказал Карамон. И
торопливо добавил: - Ты можешь поспать здесь. Правда, Танис, ложись на мою
кровать...
- Да ладно, я как-нибудь на полу... - И Танис, стараясь не
встречаться глазами с Золотой Луной, принялся расстегивать пряжки
доспехов. Пальцы дрожали и соскальзывали.
- Спи спокойно, друг мой, - тихо сказала Золотая Луна.
В ее голосе прозвучала искренняя забота, и Танис живо представил
себе, как она обменивается с Речным Ветром сочувственными взглядами. Потом
он ощутил руку варвара на своем плече: Речной Ветер дружески похлопал его
по спине и вместе с женой вышел из комнаты. Тика пожелала ему доброй ночи
и тоже вышла, закрыв за собой дверь.
- Дай помогу, - сказал Карамон. Он знал, что Танис, непривычный к
латам, с трудом справлялся со сложной системой пряжек и ремешков. -
Слушай, ты небось есть хочешь? Может, вина со специями подогреть?..
- Нет, - устало отказался Танис, с облегчением вылезая из панциря и
стараясь не думать о том, что всего через несколько часов ненавистные
железяки придется напяливать снова. - Спать, и больше ничего...
- Ну хоть одеяло возьми, - настаивал Карамон. - Ишь, как тебя трясет!
Простынешь, неровен час...
- Спасибо... - Танис взял одеяло. Он, правда, не мог бы с
уверенностью сказать, отчего с такой силой колотила его дрожь: то ли в
самом деле от холода, то ли виною всему был мучительный душевный разлад...
Улегшись, он закутался в одеяло, потом добавил сверху свой плащ. Закрыв
глаза, он постарался дышать спокойно и ровно, отлично зная: Карамон, как
заботливая наседка, нипочем не уснет, пока не удостоверится, что Танису
тепло и уютно. Полуэльф преуспел: прошло некоторое время, и Карамон
забрался в постель.
Огонь в камине прогорел, стало темно. Вскоре послышался рокочущий
храп Карамона. На другой кровати покашливал Рейстлин.
Уверившись, что близнецы заснули, Танис вытянулся на полу и положил
руки под голову. И долго лежал с открытыми глазами, глядя во тьму...
Близилось утро, когда Повелительница Драконов, больше известная на
севере Ансалона как Темная Госпожа, вернулась в "Соленый Бриз". Ночной
слуга с первого взгля
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.