Наслаждайтесь чтением!
Дети капитана Гранта.
стороны...
Кендер тяжело вздохнул и побрел дальше, наподдавая ногой камешки и
любознательно глазея вокруг. И поглазеть было на что! Чудеса и красоты
Палантаса славились по всему миру еще в глубокой древности, в Век Силы. Не
было такого города на Кринне, который можно было бы хоть отдаленно
сравнить с Палантасом (так, по крайней мере, считало племя людей). Если
смотреть с большой высоты, город напоминал колесо; там, где полагалось
быть ступице, и в самом деле помещался "пуп" Палантаса. Все главнейшие
общественные здания располагались именно здесь. Архитектура их была
несравненна: громадные, великолепные лестницы и стройные колонны попросту
поражали воображение.
От городского центра на восемь сторон света разбегались широкие
проспекты. Они были вымощены замечательно подобранным и подогнанным камнем
("Говорю тебе, только гномы способны...") и окаймлены деревьями особой
породы, чьи листья круглый год были подобны золотым кружевам. Северный
проспект вел в порт, остальные семь - к семи воротам Старой Стены.
Все семь врат сами по себе были сущими шедеврами строительного
искусства. Каждые защищало по две башенки, возносившиеся, подобно изящным
минаретам, на триста футов вверх. Вся поверхность Старой Стены была
покрыта замысловатой резьбой: сплошная цепь рельефов повествовала об
истории Палантаса в Век Мечтаний. А за Старой Стеной раскинулся Новый
Город. Застраивали его таким образом, чтобы ни в коей мере не нарушить
первоначального плана: внешний обод палантасского "колеса" прорезали все
те же семь широких, обсаженных золотыми деревьями проспектов. Вот только
защитных стен вокруг Нового Города не было. Палантасцы не больно-то
жаловали стены, заметно портившие общую планировку, а без учета этой самой
общей планировки в Палантасе нынче не забивался ни один гвоздь.
Невыразимо прекрасен был силуэт древнего города, особенно на фоне
заката... если не считать одного-единственного места.
...Размышления Таса были самым грубым образом прерваны - Флинт ткнул
его в спину кулаком.
- Да что с тобой сегодня?.. - обернулся обиженный кендер.
- Где мы? - подбоченившись, мрачно спросил Флинт.
- Мы... ну... - Тас начал оглядываться. - Мы... то есть... я думаю,
мы... хотя нет, навряд ли. - И он в свою очередь смерил Флинта
испепеляющим взглядом: - Ну и куда мы по твоей милости забрели?
- По моей милости? - взорвался гном. - Это ты вызвался быть
провожатым! Это ты у нас сильно шибко разбираешься в картах! Это ты
клялся, будто знаешь этот город, как дом родной!..
- Я задумался, - с горделивой скромностью ответствовал Тас.
- О чем еще?! - взревел Флинт.
- О чем-то высоком!
Кендер был г
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.