Наслаждайтесь чтением!
Дети капитана Гранта.
жалуйста, наши извинения. Ума не приложу, и как только этот юноша мог
оказаться на ваших ступенях в столь неподобающем состоянии! Зря ты не
пожелал нас известить. Мы без лишнего шума удалили бы тело...
- Он не причинил нам особых хлопот, - коротко ответил Астинус и
искоса взглянул на Лорану. - Мы справились сами, так что к настоящему
моменту вопрос благополучно исчерпан.
- Но... э-э-э... как насчет... э-э-э... останков? - нерешительно
спросил Государь. - Неприятно упоминать об этом, но существуют
определенные постановления Сената по вопросам здравоохранения, которые
должны быть соблюдены...
- Может быть, - поднимаясь из-за стола, холодно проговорила Лорана, -
мне выйти вон и подождать, пока вы завершите эту беседу?
- Что? Выйти?.. - рассеянный Государь взирал на нее с искренним
недоумением. - Но ведь ты только что пришла!..
- Я полагаю, эльфийской принцессе неприятен наш разговор, - заметил
Астинус. - Как тебе хорошо известно, господин мой, эльфы относятся к дару
жизни с глубочайшим почтением. Вряд ли вежливо было с нашей стороны столь
бессердечно рассуждать о смерти в присутствии эльфа.
- О Боги, - простонал Амозус, еще пуще краснея. Он торопливо поднялся
и взял Лорану за руку: - Я молю о прощении, милая принцесса. Воистину
мерзко с моей стороны. Пожалуйста, сядь и не сердись больше. Вина
принцессе! - махнул он слуге, и тот наполнил кубок Лораны.
- Когда я вошел, вы говорили о Башнях Высшего Волшебства. Что тебе
известно об этих Башнях? - спросил ее Астинус.
Взгляд его, казалось, проникал в самую душу эльфийки. Под этим
взглядом ее пробрала невольная дрожь; она пригубила вина, сожалея про
себя, что заговорила об этом.
- Быть может, не стоит?.. - спросила она тихо. - У нас много дел,
полководцы наверняка спешат вернуться к войскам, и я...
- Что тебе известно об этих Башнях? - повторил Астинус.
- Не... немногое, - выдавила Лорана, вновь чувствуя себя школьницей
перед лицом строгого учителя. - У меня был друг... то есть скорее просто
знакомый... который прошел Испытание в Вайретской Башне, но он...
- Рейстлин из Утехи, насколько мне известно, - сказал Астинус.
- Верно, Рейстлин!.. - изумление Лораны не знало границ. - Но каким
образом...
- Я историк, принцесса. Знать такие вещи - мое ремесло, - ответил
Астинус. - Я расскажу тебе историю Палантасской Башни. Не сочти это пустой
тратой времени, Лоранталаса, ибо история ее прямо связана с твоей
судьбой... - И, не обращая внимания на потрясение, ясно читавшееся на ее
лице, он кивнул одному из полководцев: - Открой занавески! Они закрывают
лучший вид на этот город, в чем, я уверен, еще до моего прихода пришлось
убедиться п
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.