Наслаждайтесь чтением!
Собачий случай
и, Тас тотчас съежился за щитом... и увидел, что Флинт сидел
по-прежнему прямо, мрачно глядя поверх щита на приближающегося дракона!
Протянув руку, Тас вцепился в длинную бороду гнома и рванул что было силы,
заставляя друга пригнуться.
Ударила молния, и они оказались прямо в клубке слепящего света.
Мгновенно последовавший гром чуть не вышиб дух и из кендера, и из гнома.
Хирсах взвыл от боли, но в сторону не отвернул.
Драконы сшиблись лоб в лоб, и Копье проткнуло синюю шкуру.
Некоторое время для Таса существовали лишь вспышки и полосы алого и
синего цвета. Верх и низ поминутно менялись местами. Вот прямо в глаза
кендеру уставились огненно-красные драконьи глаза. Сверкали когти. Кричал
Хирсах, бешено визжал синий. Крылья со свистом резали воздух. Земля
вращалась, постепенно делаясь ближе. Сцепившиеся драконы начали падать.
И почему Огнекрылый от него не отцепится, лихорадочно соображал Тас.
Потом он увидел.
Копье пробило синему сустав крыла и намертво засело в плече. Дракон
отчаянно пытался высвободиться, Хирсах же, обезумев от ярости, знай
впивался в него клыками и острыми когтями передних лап.
Занятые друг другом, драконы совершенно позабыли про всадников. Тас
тоже забыл думать про синего всадника - пока не увидел, что тот висит в
своем седле всего в нескольких футах от него.
Земля и небо снова перемешались: драконы били крыльями, неистово
кружась. Тас увидел сквозь какую-то пелену, как с головы синего всадника
свалился офицерский шлем и ветер подхватил светлые волосы. В холодных,
ясных глазах не было и тени испуга. Он смотрел прямо на Тассельхофа.
Почему он кажется мне знакомым, подумал Тас удивительно отрешенно.
Как если бы все это происходило с каким-то другим кендером, а он лишь
смотрел со стороны. Где я мог его видеть?.. И с какой стати мне
вспоминается Стурм?..
Офицер между тем отстегнул ремни и встал в стременах. Одна его рука -
правая - безвольно висела вдоль тела, другая потянулась вперед...
И тут Тас все понял. Понял с ужасающей ясностью, что было у того на
уме. Если бы офицер сам поведал ему о задуманном, и то не было бы ясней.
- Флинт!.. - что было мочи завопил Тас. - Высвободи Копье из упора!
Скорей!..
Но гном все с тем же странным выражением лица мертвой хваткой
стискивал древко. Драконы кусались и рвали друг друга когтями; синий
извивался, одновременно пытаясь защититься от Хирсаха и вытащить засевшее
острие. Тас слышал, как синий всадник что-то крикнул своему дракону, И тот
забил крыльями с удвоенной силой, удерживая равновесие в воздухе.
Офицер использовал этот миг, чтобы с поразительной ловкостью
перепрыгнуть с одного дракона на другого. Схватив здоровой рук
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.