Наслаждайтесь чтением!
Собачий случай
.
- Держи вора!.. - раздалось позади. Немедленно появился городской
стражник, и Тасу пришлось нырнуть в лавку мясника, чтобы бегущий народ не
сшиб его с ног. Кендер долго вертел головой, силясь разглядеть преступника
и попутно размышляя о всеобщем падении нравов. Ничего интересного, однако,
разглядеть ему не удалось, и Тассельхоф продолжил свой путь. "И как это
Флинта опять угораздило потеряться?.." - думал он раздраженно, шагая по
улице...
...Закрыв дверь и повернув в замке ключ, Лорана прислонилась к двери
и некоторое время стояла неподвижно, наслаждаясь покоем, тишиной и
благословенным уединением своей комнаты. Потом бросила ключ на столик и
устало направилась к кровати. Ей не хотелось возиться со свечой, да свеча
и не была ей нужна: лучи серебряной луны щедро вливались сквозь стекла
высокого, узкого окна со свинцовыми переплетами.
Из нижних покоев замка еще доносились смутные звуки веселья -
веселья, которое она только что покинула. Близилась полночь; вот уже битых
два часа она тщетно пыталась оставить шумное застолье. Потребовалось
заступничество государя Микаэла, долго объяснявшего блестящим дамам и
господам Каламана, что это такое - застарелая усталость множества битв.
Только тогда знатные гости сжалились над Лораной и отпустили ее.
У Лораны раскалывалась голова от духоты, от запаха духов и благовоний
и, конечно, от выпитого вина. Она знала, что ей не следовало столько пить.
Она быстро пьянела, и потом, вино ей вовсе не нравилось. Но головную боль
было легче выдержать, чем боль в сердце.
Она бросилась на ложе и смутно подумала о том, не следовало ли ей
подняться и запереть ставни. Нет, пожалуй, не стоило: лунный свет утешал и
успокаивал ее. Лорана терпеть не могла темноты. Ей все время казалось,
будто в темноте таятся неведомые твари, готовые броситься на нее.
Раздеться бы, подумала она затем. Помну платье... да к тому же еще не
свое...
И тут в дверь постучали.
Лорана, начавшая уже засыпать, вздрогнула и открыла глаза. Потом
вспомнила, где она и что произошло днем, - и снова зажмурилась. Вставать?
Вот еще. Неужели не ясно, что она спит и беспокоить ее незачем?..
Стук раздался снова, на сей раз - более настойчиво.
- Лорана...
- Может, отложим до утра, Тас? - спросила она, стараясь, чтобы голос
не выдал раздражения.
- Слишком важное дело, Лорана, - ответил кендер. - Тут со мной
Флинт...
Из-за двери раздались звуки какой-то возни.
- Слушай, ну скажи ей...
- И не подумаю! Это все ты!..
- Но он же сказал, что это очень важно, вот я и...
- Ладно! Иду, - вздохнула Лорана. Кое-как выбравшись из кровати, она
нашарила на столике ключ, отперла дверь и распахнула ее
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.