Наслаждайтесь чтением!
Собачий случай
же легенде, повсюду следуют за ним?
- Они... где-то тут, поблизости. - Китиару пробрала легкая дрожь. Она
подняла свой стакан. - Ты, впрочем, скоро услышишь их голоса. Государь
Сот, естественно, во сне не нуждается. Вот дамы и помогают ему скоротать
долгие ночные часы... - Китиара на миг побледнела и поднесла стакан к
губам, но пить не стала, и, когда она поставила стакан на столик, было
видно, как дрожала ее рука. - Это... не слишком приятно, - сказала она
коротко. Огляделась и спросила: - Что хоть ты с Гарибанасом сделал?
Ариакас отставил допитый стакан и сделал небрежный жест в сторону
двери:
- Я его оставил там... на ступенях.
- Мертвого? - поинтересовалась Китиара и налила ему еще.
- Не исключено, - Ариакас исподлобья посмотрел на нее. - Впрочем, не
знаю. Он, скажем так, попался мне под ноги. А что, это имеет значение?
- Я находила его, хм, забавным, - сказала Китиара. - Он во многих
отношениях заменял мне Бакариса.
- М-да, Бакарис. - Повелитель принялся за второй стакан. - Тот самый,
умудрившийся угодить в плен. Как будто одного разгрома твоих армий было
недостаточно!
- Он сделал глупость, - спокойно сказала Китиара. - Взгромоздился на
дракона, не оправившись как следует от раны.
- Я слышал. А что у него случилось с рукой?
- Эльфийка подстрелила его у Башни Верховного Жреца. В тот раз он
тоже был сам виноват - ну, вот и поплатился. Я и так уже отрешила его от
командования, назначив своим личным телохранителем. Так нет же, приспичило
дураку непременно пойти в бой и что-то там доказать...
- По-моему, ты не слишком скорбишь о нем, - пристально глядя на
Китиару, сказал Ариакас. Халатик, схваченный всего лишь двумя тесемочками
у шеи, почти не скрывал великолепного гибкого тела. Китиара улыбнулась.
- Угадал. Гарибанас... вовсе не плохая замена. Надеюсь, ты все же не
убил его. Еще не хватало подыскивать кого-то вместо него на время
завтрашней поездки в Каламан...
- А что тебе делать в Каламане? Кроме как обсуждать свою капитуляцию
с эльфийкой и ее рыцарями?
В голосе Ариакаса звучала жестокая злоба: выпитое вино смыло испуг,
отчасти вернув яростный гнев.
- Нет, - сказала Китиара. Устроившись в кресле напротив Ариакаса, она
смотрела на него совершенно спокойно. - Скорее уж, речь пойдет об их
капитуляции!
- Ха! - фыркнул Повелитель. - Нашла дурачков. Они думают, что победа
близка. И, клянусь, они правы! - На бледном лице проступила краска.
Схватив графин, он вылил в свой стакан остатки вина. - Только твой Рыцарь
Смерти, Китиара, спас тебе жизнь... как ни смешно это звучит. Сегодня ты
уцелела. Но он не всегда будет рядом с тобой!
- Мои дела, - не обращая внимания на его сло
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.