Наслаждайтесь чтением!
Женщина с голубыми глазами
олько несколько деталей.
- Прошу прощения?
- Я не буду надевать женскую одежду. Я просто постараюсь выглядеть
женственно.
- Не могу в это поверить. Ладно, давай попробуем.
Надо мной мы поработали немного - только этот обтягивающий
комбинезон, на который я подцепила Иена, плюс больше косметики, чем я ношу
обычно, которую наложил Жорж (он, похоже, считал, что лучше меня
разбирается в этом - вполне обоснованно), плюс - как только мы вышли
наружу - эта походка "вот она я, бери меня".
Жорж наложил на себя, наверное, еще больше косметики, плюс эти
отвратительные духи (мне он их не предлагал), плюс яркий оранжевый шарф на
шее, который я использовала как пояс. Он попросил меня растрепать ему
волосы и обрызгать их лаком, чтобы они стояли дыбом. Это было все... плюс
другие манеры. Он по-прежнему выглядел как Жорж - но он не был похож на
того крепкого самца, который так чудесно измотал меня прошлой ночью.
Я уложила вещи в сумку, и мы вышли. Старая лосиха в киоске, увидев
меня, широко раскрыла глаза и перестала дышать. Но она ничего не сказала,
потому что мужчина, который стоял, опершись на стойку, выпрямился, указал
пальцем на Жоржа и сказал:
- Ты. Тебя хочет видеть Вождь. - Потом добавил, почти про себя:
- Не могу поверить.
Жорж остановился и беспомощно развел руками.
- О, Боже! Это, конечно, какая-то ошибка?
Посыльный перекусил зубочистку, которую жевал, и ответил:
- Я тоже так думаю, гражданин - но я не буду об этом говорить вслух,
и ты тоже. Пошли. Без тебя, сестренка.
Жорж сказал:
- Я категорически отказываюсь идти куда-либо без моей дорогой сестры!
И никаких!
Эта корова сказала:
- Морри, она может подождать здесь. Милая, иди сюда ко мне, садись.
Жорж еле заметно качнул головой, но мне это было не нужно. Если бы я
осталась, или она затащила бы меня в туалетную комнату, или я засунула бы
ее в ее собственный мусорный ящик. Скорее всего, второе. Я бы смирилась с
этим при исполнении обязанностей - она не могла бы быть так же неприятна,
как "Роки" Рокфорд - но не добровольно. Если я это сделаю, то это будет с
человеком, которого я люблю и уважаю.
Я придвинулась к Жоржу, взяла его за руку. - Мы никогда не
разлучались с тех пор, как наша мама на своем смертном одре наказала мне
заботиться о нем. - Я добавила:
- И никаких, - размышляя одновременно, что бы это могло значить. Мы
оба надулись и напустили на себя упрямый вид.
Человек по имени Морри посмотрел на меня, потом на Жоржа и вздохнул.
- К черту. Можешь идти с нами, сестренка. Только держи рот закрытым и не
путайся под ногами.
Примерно через шесть пропускных пунктов - на каждом из которых меня
пыт
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.