Наслаждайтесь чтением!
Женщина с голубыми глазами
оренно думая о том, что примерно
сейчас "Поездка до Эм-Лу" пересекает или даже уже пересекла границу с
Чикагской Империей.
Голос у меня за спиной сказал:
- Прячешься, солдат?
Я узнала голос и повернула голову. - Зачем, сержант, как вы можете
такое говорить?
- Ладно. Я просто спросила себя: "Куда бы я пошла, если бы была
миллионершей?" - и вот ты здесь. Но это неважно, Джонси. Ты уже нашла себе
место для сна?
Я этого еще не сделала, потому что было много вариантов, и все
плохие. Большая часть солдат была размещена в каютах, по четыре человека в
каждую двухместную каюту, по трое в одноместную. Но наш взвод и еще один
должны были спать в столовой. Я не видела никаких преимуществ в размещении
на столе капитана, поэтому в свалку не полезла.
Сержант Гамм кивнула, услышав мой ответ. - Хорошо. Когда получишь
свое одеяло, не оставляй его, чтобы занять место; его кто-нибудь украдет.
На корме по левому борту, рядом с кладовой, есть каюта официанта - это моя
каюта. Она одиночная, но там широкая койка. Брось свое одеяло там. Тебе
там будет намного удобнее, чем на палубе.
- О, как я вам благодарна, сержант!
(Как мне от этого отвертеться? Или придется смириться с неизбежным?)
- Зови меня "Сардж". А когда мы наедине, меня зовут Мэри. Как, ты
сказала, твое имя?
- Фрайдэй.
- Фрайдэй. Это даже симпатично, если подумать. Ладно, Фрайдэй, жду
тебя после отбоя. - Мы смотрели, как последний розовый лучик солнца
исчезает за за горизонтом у нас за кормой, "Поездка" в это время повернула
на восток по одной из бесконечных извилин реки. - Выглядит так, будто
сейчас зашипит, и оттуда пойдет пар.
- Сардж, у тебя душа поэта.
- Я часто думала, что у меня это получится. В смысле, писать стихи.
Ты уже слышала? О затемнении?
- Снаружи свет не зажигать, не курить. Включать свет внутри только с
закрытыми окнами. Нарушители будут расстреляны на рассвете. Меня это не
особенно волнует; я не курю.
- Поправка. Нарушители не будут расстреляны; они только будут
молиться Богу, чтобы их расстреляли. Ты совсем не куришь, дорогая? Даже не
затянешься за компанию?
(Фрайдэй, сдавайся!)
- Но это не по-настоящему; это только за компанию.
- Я тоже так считаю. С головой, полной дури, я не хожу. Но выкурить с
подругой по случаю сигаретку, когда этого захочется, мне нравится. И ты
мне тоже нравишься. - Она опустилась рядом со мной на палубу, обняла меня.
- Сардж! То есть, Мэри. Не надо, пожалуйста. Еще не стемнело. Нас
могут увидеть.
- Кого это интересует?
- Меня. Мне неловко. Пропадает настроение.
- Здесь это у тебя пройдет. Ты девственница, дорогая? Я имею в виду,
с женщинами?
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.