Наслаждайтесь чтением!
Карамора
стегнуть ремни и пройти в
кормовую часть, в помещение, которое называлось гостиной, а на самом деле
было отсеком с баром, где подавали кофе и сандвичи, по левому борту и
иллюминаторами со стороны кормы. Через них были видны мигранты,
высаживающиеся с нижней палубы, и разгружавшиеся грузы.
Низкие холмы, покрытые снегом... на некотором расстоянии какие-то
чахлые растения... возле корабля невысокие здания, соединенные снежными
валами... Все иммигранты собрались в кучу, но они не теряли времени и
торопливо двигались к зданиям. Грузы размещались на платформах,
прицепленных к какой-то машине, из которой вырывались клубы черного дыма...
точь-в-точь как на картинках в детских учебниках истории! Но это была
не картинка.
Я слышала, как одна женщина сказала своему спутнику:
- Как может кто-нибудь решить поселиться здесь?
Ее спутник произнес что-то ханжеское о "Божьей воле", и я отошла. Как
можно дожить до семидесяти лет (а ей было минимум столько) и не знать, что
никто не "решает" поселиться на Аутпосте... за исключением случаев, когда
приходится "решать": переселиться или получить смертный приговор или
пожизненное заключение?
Мой желудок все еще крутило, поэтому я не рискнула съесть сандвич, но
подумала, что чашечка кофе не помешает - но когда почувствовала его запах,
я тут же двинулась прямо к туалету, в передней части гостиной, где
завоевала титул "Фрайдэй Железные Челюсти". Я честно выиграла его, но
никто, кроме меня, об этом не знает - все кабинки были заняты, и мне
пришлось ждать... и я ждала, напрягши челюстные мышцы. Спустя столетие или
два одна кабинка освободилась, я вошла и снова вырвала. Почти без рвотных
масс - мне не следовало принюхиваться к кофе.
Обратная дорога тянулась целую вечность.
Оказавшись на "Форварде", я сразу вызвала моего друга Джерри Мэдсена,
младшего корабельного врача, и попросила его профессионального совета. По
корабельным правилам врачи проводят поликлинический прием ежедневно в
девять ноль-ноль, а в остальное время принимают только срочные вызовы. Но
я знала, что Джерри будет рад видеть меня независимо от повода. Я сказала
ему, что со мной ничего серьезного; я просто хочу получить у него
таблетки, которые он прописывает старушкам со слабыми желудками - таблетки
от морской болезни. Он попросил меня зайти к нему в кабинет.
Вместо того, чтобы выдать мне таблетки, он впустил меня в кабинет и
закрыл дверь. - Мисс Фрайдэй, мне послать за медсестрой? Или вы
предпочитаете поговорить с врачом-женщиной? Я могу позвать доктора Гарсию,
но мне бы очень не хотелось будить ее; она не спала почти всю ночь.
Я сказала:
- Джерри, что это значит? Когда я перестала быть для тебя "Мардж"? И
к
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.