Наслаждайтесь чтением!
Леонид Андреев
с сомнением покачала головой. – Наркоман бы встал перед ней и тыркал бы ножом, не заботясь, в крови он или нет. А? А тут видишь, какой дальновидный злодей – захват сзади. Во первых, ей деваться некуда – ни убежать, ни вырваться, во вторых, кровь на него не попадает…
– Господи, куда мир катится! – поцокал языком подошедший сзади Болельщиков. Он вытащил из кофра бутерброд с сыром и шумно жевал его. – В три часа дня, в субботу, в собственной парадной!
– Хватит трескать, Болельщиков, – сказала я эксперту, не вставая с корточек. – Кто работать будет?
– Ты сначала «менталитет» выгони, чтобы я мог начать фотосъемку, – с набитым ртом отпарировал Болельщиков, которому комплекция диктовала очередной прием пищи не более чем через полчаса после предыдущего. Поэтому его криминалистический кофр на пятьдесят процентов был набит не пакетами для вещдоков и не баночками с порошками для выявления отпечатков пальцев, а жратвой – бутербродами да пирожками. Я ворчала для порядка, зная, что через три минуты, заправившись, Женя отработает свою часть на все «сто». – И Задову скажи, чтобы он положение трупа восстановил, – пробурчал Болельщиков, тоже для порядка, просто так, чтобы последнее слово осталось за ним.
Я с кряхтением выпрямилась, заслужив язвительное замечание Задова: «Да, не бабочка вспорхнула», и, ответив ему примирительным: «Старость не радость, Левушка», пошла разгонять лишних, которых набралось около дюжины. Впрочем, милицейские начальники как будто этого и ждали – и с облегчением стали расходиться по своим важным делам. Я немножко задержалась только со старшим наряда из шавка – старым моим знакомым онером, ушедшим в ГУВД в отдел по раскрытию убийств года два назад из нашего района.
– Паша, ты еще не всех тут забыл с земли, – с надеждой обратила я на него взор. – Кто это может быть? Действительно наркоманы? Вроде бы не похоже…
– Ты знаешь, Мария, – серьезно сказал мне Паша, – в прошлом месяце я дежурил, так в соседнем районе аналогичный труп был. Правда, не такая молоденькая, женщина лет тридцати, шла домой из магазина, с сумками, в лифте ее замочили в три часа дня. Сняли цепочку. Там было десять ножевых, все спереди…
– Ну?! – поторопила его я.
– Из сумок ничего не взяли, и деньги целы, довольно крупная сумма. – Он замолчал, мне снова пришлось его поторопить.
– И что же?
– Что за идиот – цепочку снимает, а кошелек, который из сумки торчит, с реальными деньгами, не трогает?
– Может, спугнул кто?
– Труп нашли сразу, муж нашел. Говорит, что никого на лестнице не видел. В квартирах с первых этажей дома вообще никого не было.
– Думаешь, есть связь?
– Думаю, не маньяк ли пошел… Ну ладно, бывай, Мария, я тебе Андрюху Синцова подошлю, без обид.
– Да уж какие тут обиды, – искренне сказала я. – Спасибо, и от души, если так.
– Он через полчаса подъедет, может, еще что интересное расскажет, ты еще явно тут будеш
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Как говаривал Маркс К.:
Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она - самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.